Медицинский туризм. А если всё пошло не по плану?

Медицинский туризм. А если всё пошло не по плану?

Оригинал статьи: https://baaps.org.uk/media/press_releases/1900/sun_sea_necrosis_cheap_surgery_abroad_leaving_britons_disfigured_and_costing_the_nhs_millions?utm_source

ТЕМА: Операция за границей. Дешевле, иногда быстрее, можно совместить с путешествием. Пациент самостоятельно выбирает страну, клинику и хирурга — и это его безусловное право. Но потом самолёт улетает домой. А через несколько дней расходится рана. Появляется серома. Инфекция.Температура. Гной. Некроз. 

И вот тут начинается самое интересное. К хирургу, который оперировал, быстро уже не попасть. Пациент бежит к врачу по месту жительства — к человеку, который его не оперировал, не выбирал методику, не знает всех деталей операции и вообще не имеет отношения к первоначальному решению. Конечно, помочь пациенту нужно. Для врача это даже не предмет обсуждения. Но есть очень важный вопрос. Предположим, хирург взялся лечить чужое осложнение. Сделал всё возможное пытаясь помочь, но результат оказался далёк от того, которого ожидал пациент в начале своего путешествия.

Перевод статистики из статьи: Исследование показало:

76% осложнений возникли после операций, выполненных в Турции.

93% пациентов — женщины, средний возраст — 39 лет.

Абдоминопластика была наиболее частой операцией среди случаев, сопровождавшихся осложнениями.

38% пациентов за одну поездку перенесли несколько эстетических операций одновременно.

У 37% произошло расхождение или нарушение заживления послеоперационных ран.

У 28% развились инфекционные осложнения.

У 24% возникли серомы, потребовавшие лечения.

У 20% развился некроз тканей — гибель участков кожи или жировой клетчатки.

Ещё несколько цифр из исследования BAAPS:

• почти 3 из 4 пациентов после возвращения домой потребовалось медицинское вмешательство;

• почти половине понадобилась повторная операция под общей анестезией;

• лечение осложнений только этих зарегистрированных случаев обошлось британской NHS (National Health Service, Национальная служба здравоохранения Великобритании) примерно в £1,2–1,8 млн;

• авторы подчёркивают, что реальные масштабы проблемы, вероятно, существенно больше, поскольку исследование учитывает только известные случаи.

Кто теперь отвечает за результат? Хирург, который когда-то сделал операцию и находится за тысячи километров? Врач, который согласился помочь уже после развития осложнения? Или сам пациент, который добровольно выбрал такую схему лечения и принял связанные с ней риски? Причём заметьте: риски вполне предсказуемые: ранний перелёт после операции, ограниченное послеоперационное наблюдение, отсутствие быстрого доступа к своему хирургу, языковой барьер, различия медицинских стандартов, сложности с документацией, страховкой и юридической ответственностью — пациент всё это знал изначально.

Есть ещё более неудобный вопрос: Не получается ли так, что врач, согласившийся помочь чужому пациенту в сложной ситуации, в итоге сам рискует стать виноватым? И если да — не создаём ли мы систему, в которой врачу безопаснее сказать: «Возвращайтесь туда, где вас оперировали», чем попытаться помочь?

Выбирая операцию далеко от дома, человек выбирает не только хирурга. Он выбирает также и то, что произойдёт, если всё пойдёт не по плану. И часть ответственности за этот выбор, на мой взгляд, невозможно переложить на врача, который оказался рядом уже потом.

А как считаете вы? Подписывайтесь на телеграм-канал @PAVLOVMD , обсудим. 

Кто должен отвечать за последствия в такой ситуации: первоначальный хирург, врач, который взялся лечить осложнение, или сам пациент?

И второй вопрос ещё интереснее: взялись бы конкретно вы лечить такого пациента, зная, что в случае плохого результата претензии в итоге могут предъявить уже вам?

Материал создан специально для телеграмм канала @PAVLOVMD. При копировании ссылка на источник обязательна.

#читаемвместе #медицинскийтуризм #пластическаяхирургия #осложнения #пластическийхирург #PAVLOVMD

Павлов Валерий Викторович, пластический хирург, кандидат медицинских наук. Санкт-Петербург, Краснодар, Москва.